2003: Культурная программа Первого международного фестиваля кинематографических дебютов «Дух Огня»
Вечером в четверг 30 января в Зимнем саду Центра искусств для одаренных детей Севера состоялась пресс-конференция, посвященная культурной программе Первого международного фестиваля кинематографических дебютов "Дух Огня".
Не секрет, что полноценное представление о событии, тем более такого масштаба, как Первый международный фестиваль кинематографических дебютов "Дух Огня", складывается не только от основных мероприятий, предусмотренных главной повесткой события. Большую роль в формировании мнений гостей и жителей Ханты-мансийского автономного округа играет культурное сопровождение. Фестиваль "Дух Огня" выделился среди мероприятий своего ряда тем, что смог предложить людям самых полярных настроений и потребностей получить эстетическое наслаждение в соответствии со своим вкусом и привычками. Организаторы международного фестиваля предусмотрели в культурной повестке не только мероприятия экскурсионного плана. В Ханты-Мансийске состоялись концерт Гарика Сукачева и группы "Неприкасаемые", выступление артистов автономного округа и ансамбля "Консоне", джазовый вечер Любови Казарновской и Игоря Бутмана. В пятницу вечером в ханты-мансийском Экспоцентре будет выступать группа "Агата Кристи" с программой "Ночь полнолуния". В культурно-спортивном комплексе "Дружба" состоятся спектакли Евгения Гришковца, в Центре искусств запланирован гала-концерт учащихся и многое другое.
В пресс-конференции в Зимнем саду приняли участие президент фестиваля "Дух Огня" Сергей Соловьев, оперная певица Любовь Казарновская, музыкант Игорь Бутман. Также в общении с журналистами приняли участие Лариса Долина, которая чуть позже представила в Большом зале Центра искусств программу под названием "Джазовый вечер", и режиссер Евгений Гришковец, тоже готовившийся в этот вечер к ханты-мансийской презентации своего спектакля "Как я съел собаку".
Сергей Соловьев: Начиная пресс-конференцию, я хотел бы сказать, что мы совершенно не ставили себе цель украшать фестиваль чем-то. Мы совершенно не стремились "присоседиться" к славе наших друзей, что бы как-то повысить рейтинг нашего мероприятия. Я просто представляю вам этих замечательных людей, как кинематографистов. Это люди, которые чрезвычайно много дали кинематографу последних лет.
Вопрос: Ну, уж коль журналистам представили главных героев пресс-конференции, как кинематографистов, хотелось бы поинтересоваться, что для вас важнее – концертная деятельность или работа в кино, пусть даже за кадром?
Лариса Долина: Я бы не стала разделять концетную деятельность и кинематограф, не смотря на то, что это совершенно разные сферы. Они все равно каким-то образом тесно связаны между собой. Я очень люблю концертную деятельность и гастроли, которые в моей жизни происходят. Слава Богу, их очень много. То, о чем говорил Сергей Соловьев, а это работа "за кадром", мне доставляет большое удовольствие. И в кино я уже около 25 лет. Дебют мой состоялся в 1979 году, а одна из последних работ – картина "Бременские музыканты, где я пела за Атаманшу. Разница между эстрадой и кино в том, что на концерте ты спела один раз и повторить уже не можешь. В кино же нужно не просто спеть, но еще и образ своего героя сыграть. Поэтому я бы не делала большой разницы.
Сергей Соловьев: Хочу добавить, что кроме всего выше сказанного есть еще и настоящая кинематографическая деятельность. Это то, что называется – клипы. Я видел несколько видеоклипов Ларисы Долиной, которые на меня произвели огромное впечатление своей культурой и высочайшим кинематографическим потенциалом.
Вопрос: Следите ли вы за новинками кино и каковы ваши кинематографические пристрастия?
Лариса Долина: Я люблю хорошее качественное кино. Это даже не зависит от того, в каком жанре снят фильм - смотрю практически все.
Вопрос Ларисе Долиной: Не было ли у Вас желания расширить свое появление в кино до исполнения большой роли?
Лариса Долина: Желание такое есть. У меня внутреннее ощущение, что я для этого созрела. Пока специальных предложений нет, но мне очень хочется.
Вопрос режиссеру Евгению Гришковцу: В чем заключается уникальность Вашей художественной системы при постановке спектаклей?
Евгений Гришковец: Есть такие люди, которые получают деньги за то, чтобы писать ответы на подобные вопросы. Их называют критики-театроведы - люди со специальным образованием. Я не хочу и не могу заниматься самоанализом. Это чревато небезопасно. Я дал однажды себе определение – "новый сентименталист", и уже четвертый год от него отделаться не могу. Я вам лучше расскажу про интересный случай сегодня, связанный с подготовкой к показу моего спектакля. Мы искали канаты, т.к. они нужны были на сцене в качестве используемого атрибута. С этими канатами всегда получаются приключения. Заказывая их, говоришь "Канатов нужно много!", приходишь – лежит один канат из какой-нибудь соседней школы. В Ханты-Мансийске даже такого не было. Дошло до того, что люди собирались ехать на речной вокзал, чтобы отвязывать швартовые канаты с кораблей. Но все обошлось благополучно. Канаты принесли… боксеры. Сняли с ринга и принесли. Этот случай гораздо интересней, нежели говорить о системе.
Сергей Соловьев: На самом деле, системы никакой нет. Это просто какая-то интенсивная жизнь, которая подчинена не голове с деньгами, а развитию собственной интуиции. И это развитие порой принимает самые причудливые формы. Например, Евгений позвонил мне кок-то и сказал, что организовал музыкальную группу. Я по началу это всерьез не принял, но вот сегодня на заседании Клуба Кинематографистов поздно вечером Евгений Гришковец выступит со своей замечательной группой под названием "Бигуди". У нас есть возможность послушать этот странный чисто интуитивный синтез музыки и речи. Подозреваю, что это совершенно новый и уникальный музыкальный жанр.
Вопрос Евгению Гришковцу: Какое образование вы получили?
Евгений Гришковец: Я закончил филологический факультет Кемеровского государственного университета, по квалификации я теоретик литературы, театрального образования у меня нет. Диплом я писал по Гумилеву. Довольно серьезно занимался пантомимой. Первые деньги, которые заработал в жизни, были деньги, заработанные на улицах Берлина, где я пантомимой зарабатывал себе на пропитание. Считаю, что университет дает хорошее образование. Желаю, тем, кто учится свои университеты обязательно закончить.
Вопрос Игорю Бутману: Музыка и сценарий не могут жить отдельной жизнью в фильме. Начиная писать музыку, Вы знаете, о чем будет фильм?
Игорь Бутман: Честно говоря, мне все равно, что там в фильме будет, по большому счету. Я помню, мы писали музыку к фильму "Бременские музыканты". Там надо было сыграть эпизод, я торопился, а Саша Абдулов очень долго мне объяснял: вот в этом эпизоде тут река, тут это, там другое, все это красиво и т.д. Говорю: "Короче, сколько это будет звучать?". Выяснилось, что три минуты… Когда я делаю музыку, мне очень трудно что-то представлять. В кино этим занимаются режиссер, звукорежиссеры и другие люди. В итоге на экране получается все органично и красиво. Даже музыка звучит лучше. Я стараюсь быть просто музыкантом.
Вопрос: Вот вы все снимаете, снимаетесь, пишите музыку… Ради чего? Чтобы самовыразиться, что-то зрителю преподнести, ради славы, денег и еще чего-то?
Евгений Гришковец: Ради всего, что Вы перечислили.
Лариса Долина: Последние два тезиса это следствие того, что мы делаем в начале. А самое главное это, конечно же, творчество. Во всяком случае, у тех людей, которые здесь присутствуют.
Сергей Соловьев: Есть еще такая простая вещь, как способ жизни. Это естественное состояние. Еще одно важное качество режиссера, которое желательно – физическое здоровье, потому что это жуткая профессия, которая высасывает все силы.
Вопрос Ларисе Долиной: Еще несколько лет назад Вы отвергали все вопросы о джазе и не хотели разговаривать на эту тему с журналистами. Почему Вы заговорили об этом сейчас, и, кроме этого, будете выступать в джазовом вечере?
Лариса Долина: Не время раньше было. Вот сейчас – время. Все в жизни должно быть во время. Поэтому должно было пройти какое-то время, чтобы осознать, нужна ли эта программа и это возвращение. Когда мы поняли, что это не просто нужно, но и необходимо, мы решили, что эта программа будет иметь грандиозный успех. Как следствие, у нас с Игорем Бутманом вышел диск с нашего совместного проекта "Карнавал джаза" в прошлом году.
Вопрос Любовь Казарновской: Как Вам пришла идея работать вместе с Игорем Бутманом?
Любовь Казарновская: Мы познакомились четыре года назад в Большом зале Консерватории, где была идея концерта, который должен был бы соединить джаз и классику. Меня пригласили петь в сопровождении Игоря Бутмана. Это была первая работа с этим замечательным музыкантом. С тех пор началась наша большая дружба. Вместе нам удалось на сцене сделать то, что раньше не укладывалось в рамки моего классического представления о том, что такое классическое оперное пение.
Вопрос: Говорят, что голос с одного исполнения тяжело переходит на другой жанр. То есть тяжело петь, например, джаз после оперной карьеры.
Любовь Казарновская: Поскольку оперная деятельность и классика – основное, чем я занимаюсь, мои джазовые эксперименты носят эпизодичный характер, поэтому такие переходы никак на мне это не отражается. Плох тот художник, который всю жизнь остается в рамках одной картины. Если творческие порывы не мучают – это очень плохо. Эксперименты в области музыки необходимы. Даминго, Карерос и Паваротти не случайно затеяли проект "Три тенора"…
Вопрос Сергею Соловьеву: В продолжение темы экспериментов. Мы здесь видим людей, которые выходят за рамки основной деятельности. Увидим ли мы когда-нибудь как Вы… поете?
Сергей Соловьев: Моя мама считала всю жизнь, что у меня очень красивые ноги, и жалела, что не сдала сына в училище Большого театра. Но я неплохо чувствую себя без хореографического образования.
Последний вопрос: Если бы вы потеряли свои профессии, кем бы вы стали? В чем бы себя проявили?
Лариса Долина: Я бы открыла ресторан с очень вкусной едой и хорошими поварами.
Сергей Соловьев: Я бы занимался гостиничным бизнесом. Очень люблю обставлять, менять помещения и всегда в подобные моменты забываю о кино и с большим ожесточением хожу по магазинам, выбираю обои, мебель и др. Мне это доставляет большое удовольствие.
Лариса Долина: Хочу добавить. Практически у всех режиссеров, я убеждена и у Сергея Александровича, есть музыкальный слух. Пение у такого монстра режиссуры, как Сергей Соловьев, получится лучше многих сегодняшних поп-звезд, считающих себя таковыми.
Сергей Соловьев: Спасибо всем. До встречи.
