2005: Девять часов холокоста
В Москве в рамках проекта "Кинотеатр.doc" при поддержке Французского культурного центра прошла российская премьера знаменитого документального фильма Клода Ланцманна "Shoah" ("Холокост"). Открытый показ девятичасовой ленты о геноциде евреев проходил в течение трех дней в помещении Театpa.doc, который не смог вместить всех желающих.
"Кинотеатр.doc" - дочерний проект московского Teaтpa.doc, который вот уже три года настойчиво и вполне успешно пропагандирует документальный театр, социально активный и говорящий о насущных проблемах. Кинотеатр.doc будет заниматься примерно тем же в смежной области: устраивать фестивали нового "действительного кино" и открытые показы фильмов, необязательно документальных, но обязательно озабоченных актуальными вопросами современности.
Одной из первых лент этой программы стала отнюдь не новая (ее премьера состоялась в 1985 году), а уже ставшая исторической, получившая множество наград картина французского режиссера-документалиста Клода Ланцманна "Shoah". Над документальным фильмом об истреблении евреев бывший участник французского Сопротивления, а ныне редактор журнала Le Temps Modernes работал двенадцать лет, смонтированный материал составил девять часов. Однако эта эпопея не содержит никаких архивных материалов и документальных съемок. Автор фильма встречается со свидетелями тех событий - немногими выжившими в концлагерях, их односельчанами и соседями, с женами немецких офицеров и теми, кто приводил приговоры в исполнение. Их рассказы и воспоминания наряду с нарочито обыденными, в стиле тогда еще не существовавшей датской "Догмы" съемками мест, где когда-то происходили описываемые события, и составляют основу картины.
В этих интервью нет ничего особенного, нет леденящих душу подробностей, нет слез и пафоса. Иногда спокойно и безразлично, иногда даже с радостным воодушевлением люди рассказывают и показывают, куда свозили обреченных на смерть, как их запихивали в грузовик, служивший газовой камерой, и отвозили в лес. Причем режиссер выспрашивает о самых незначительных мелочах: какого цвета был грузовик, в котором часу он привозил жертв к месту казни и так далее, но благодаря этим настойчиво повторяемым вопросам из ответов разных людей, как из элементов мозаики, складывается объемная картина происходившего,
В то же время Клод Лан-цманн расспрашивает своих собеседников и об их личном отношении к евреям и к холо-косту. И тут выясняется, что, например, жители польского городка Грабова, рядом с которым находился один из лагерей смерти, хоть и сожалеют о случившейся трагедии, к самим евреям отнюдь не испытывают симпатии. Люди, нынче живущие в нарядных домах с окнами на центральную площадь, вспоминают, что раньше их населяли исключительно евреи, а поляки ютились на задах рядом с туалетами. Торговцы на рынке утверждают, что хитрые семиты, державшие в своих руках весь капитал, обирали поляков, устанавливая слишком высокие цены. И вообще, от них все время дурно пахло, потому что они занимались скорняжничеством. Оказалось, что местным жителям не хватает сегодня только хорошеньких еврейских женщин, с которыми они в молодости изменяли своим женам. О причинах трагедии собеседники режиссера, похоже, и вовсе не задумывались. На вопрос "Почему?" прихожане грабовского храма могли лишь вспомнить речь старого раввина, который сказал своей пастве перед расстрелом, что она должна пострадать, искупая смерть распятого евреями Христа.
Подобные примеры можно было бы множить. Чем дальше, тем больше фильм убеждает в том, что проблема холокоста не закрыта. Нынешние события в Латвии и Эстонии, где устанавливаются памятники нацистам, подтверждают, что фильм Клода Ланцманна за двадцать лет ничуть не устарел. В этом году в честь 60-летия Победы многие страны показали эту девятичасовую ленту по телевидению. Только российские каналы не проявили к нему интереса, предпочтя сутра до вечера крутить "Семнадцать мгновений весны".
Автор: Марина Шимадина
